Joomla 1.5 Template By Youjoomla.com

Изабелла I, королева Кастилии, и Фердинанд, правитель Арагона, взошли на престол в 1474 и 1479 годах соответственно. Заключение их брака в 1469 году сопровождалось затруднениями: тут и наличие других претендентов на трон Кастилии, и внутренняя оппозиция их союзу, и тот факт, что эти представители старшей и младшей ветвей семейства приходились друг другу троюродными братом и сестрой; в итоге, чтобы заключить брак, пришлось получать особое разрешение Рима.

Оба они взошли на престол после продолжительных гражданских войн, которые им удалось пережить благодаря обоюдной поддержке. Воссоединение семьи Трастамара было предопределено с момента избрания в 1412 году Фердинанда I Антекера официальным главой Арагонской федерации.

Насилие и грабежи, к которым прибегала знать, стали непосильным бременем для крестьян Галисии, которые в 1467 году восстали под лозунгом «Долгая жизнь королю и смерть кабальеро». Аристократам пришлось спасаться бегством, но два года спустя они вернулись и при поддержке короны подавили восстание. Больше крестьянских восстаний в Кастилии не было, зато в городах отмечались антиеврейские погромы — в 1348-1351 годах, в 1391-м, 1449-м и 1473 годах.

Несомненно, преследование евреев объяснялось как религиозными воззрениями, так и возмущением их богатством. В стране действовал ряд законов, запрещавших евреям занимать определенные должности и практиковать те или иные занятия. С 1391 года, однако, массовое обращение в христианство сняло эти препятствия, что позволило евреям — финансистам и торговцам, врачам и чиновникам, ростовщикам и откупщикам — породниться через брак с наиболее знатными семействами, накапливать богатства и покупать поместья, оказывать влияние на решения поместных соборов и королевских советов. Особенно прочным положение евреев было в Андалусии. К примеру, налоговое управление Севильи, города, который разжег пламя массовых погромов 1391 года, прибрали к рукам «конверсос», то есть обращенные в христианство; то же самое отмечалось в Толедо, Бургосе и Сеговии. Такие монархи, как Педро I, Хуан II и Энрике IV, похоже, искали общества евреев и оказывали им особое покровительство. Без сомнения, и как отдельные личности, и как диаспора, евреи участвовали в социальных и политических распрях эпохи.

Нестабильность, угрозы для жизни, постоянные перемены на политической сцене и, несомненно, возможности социального и экономического роста — все это характеризовало период между убийством Педро I в 1369 году и окончанием войны за престол между Изабеллой и Хуаной в 1480 году. Широкое строительство замков и восстановление старых укреплений (Фуэнсалданья, Пеньяфьель, Торрелобатон, Мота и Кока), видимо, свидетельствовали о стремлении укрыться от неразберихи. Ностальгическое возвращение к рыцарским идеалам и традициям куртуазной любви, отмечавшееся в XV веке вначале при дворе Арагона, а затем Кастилии, также отражало беспокойство первого сословия королевства, которое пыталось приспособиться к переменам и бессильно наблюдало, как дон Альваро де Луна к 1445 году превратил «первого среди равных» в абсолютного монарха (чрезмерно увлекшегося дворцовыми интригами, дона Альваро казнили в 1453 году). Знать, большинство семейств которой вели родословную с 1369 года, переосмысливала свою роль в обществе и гневалась на короля, тем более что тот предоставил прекрасный повод, затеяв исламизацию двора. Король Энрике IV одевался как мусульманин, ел как мусульманин, содержал многочисленную мусульманскую стражу и даже посмел объявить о прекращении священной войны против Гранады. Короля также обвиняли в ереси и противоестественных пороках — из-за слабости, которую он питал к молодым красивым юношам. Негодование знати привело к «сдвигу верности»: с 1464 по 1480 годы аристократы группировались сначала вокруг дочери Энрике Хуаны, затем вокруг его сводной сестры Изабеллы и сводного брата Альфонсо.

Усиление авторитета короны происходило на фоне реального роста доходов короля. Тогда как доходы феодалов падали, корона ввела новые налоги, чтобы пополнить казну. С увеличением числа источников дохода была проведена финансовая реформа, предусматривавшая более активную роль региональных и местных властей. Король также провел военную реформу, что позволило успешно подавлять волнения в обществе, а также продолжить морскую экспансию, которая к середине XV века сделала Кастилию ведущей торговой державой Бискайского залива и северных морей. Иберийская фаза Столетней войны началась отчасти благодаря попыткам Франции и Англии в конце XIII столетия привлечь на свою сторону кастильский флот. Моряки и купцы из басков, кантабрийцев и андалусийцев также осваивали Средиземное море и плавали в Западную Африку, где сталкивались с португальцами, которые между тем открывали мир, добывая золото, рабов и специи. Тордесильясский договор 1494 года разделил сферы влияния Кастилии и Португалии за пределами их границ.